Сегодня 21 июля 2019 года
Call center
Онлайн-консультант
(499) 921-02-35
с 8:30 до 17:30

Апелляционное определение Суда Чукотского автономного округа от 21.02.2019 по делу № 33-15/2019

  • Федеральное законодательство
  • Законодательство субъектов РФ
  • Судебная практика
  • Отраслевые документы
  • Справочник МСФО

Судебная коллегия по гражданским делам суда Чукотского автономного округа в составе
председательствующего Калининой Н. Л.,
судей Максименко Ю. В., Зиновьева А. С.,
при секретаре Р. М.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе истца Р. А. на Решение Анадырского городского суда от 17 сентября 2018 года, которым постановлено: «Исковые требования Р. А. предъявленные к Управлению Министерства Внутренних Дел Российской Федерации по Чукотскому автономному округу о взыскании компенсации за неиспользование вещевого имущества, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Управления Министерства Внутренних Дел Российской Федерации по Чукотскому автономному округу в пользу Р. А. компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) рублей.

В остальной части предъявленных исковых требований о взыскании с Управления Министерства Внутренних Дел Российской Федерации по Чукотскому автономному округу компенсации за задержку выплаты компенсации за неиспользование вещевого имущества 5 430 рублей 35 копеек, компенсации морального вреда в размере 145 000 рублей Р. А. отказать.

Взыскать с Управления Министерства Внутренних Дел Российской Федерации по Чукотскому автономному округу в пользу Р. А. судебные издержки в размере 8000 (восемь тысяч) рублей».

Заслушав доклад судьи Зиновьева А. С., судебная коллегия

установила:

Р. А. обратился в Анадырский городской суд с иском к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Чукотскому автономному округу (далее – УМВД России по Чукотскому автономному округу) о взыскании компенсации за задержку выплаты компенсации за неиспользование вещевого имущества, компенсации морального вреда. В обоснование иска указал, что проходил службу в органах внутренних дел РФ с 1 сентября 1996 года по 8 сентября 2017 года. С 30 октября 2010 года по 8 июня 2017 года служил на территории Чукотского автономного округа. 8 июня 2017 года был уволен со службы по выслуге лет, дающей право на получение пенсии. При увольнении ему не была выплачена денежная компенсация за неиспользование вещевого имущества. Указанная компенсация в размере 31 180,30 руб. была начислена и выплачена ему только 18 апреля 2018 года. Он полагает, что на вышеуказанную сумму подлежат начислению проценты за нарушение работодателем установленного срока выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, предусмотренные статьей 236 ТК РФ, за период с 9 июня 2017 года по 18 апреля 2018 года в размере 5 430,35 руб., а также просил суд взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

По заявленным исковым требованиям судом первой инстанции постановлено решение, резолютивная часть которого приведена выше.

В апелляционной жалобе Р. А. указывает на несогласие с решением суда в части отказа во взыскании компенсации за задержку выплаты компенсации за неиспользование вещевого имущества в размере 5 430 рублей 35 копеек и просит отменить решение Анадырского городского суда от 17 сентября 2018 года в этой части и принять по делу новое решение.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу истца УМВД России по Чукотскому автономному округу выражает несогласие с приведенными в ней доводами, просит решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец Р. А. и представитель ответчика УМВД России по Чукотскому автономному округу не явились, о месте и времени судебного разбирательства извещены своевременно и надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного разбирательства не заявляли.

Истец Р. А. заявил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие, УМВД России по Чукотскому автономному округу о причинах неявки в судебное заседание своего представителя не сообщило.

Признавая, что участие истца и ответчика при рассмотрении настоящего дела в суде апелляционной инстанции не является обязательным, коллегия находит возможным провести судебное разбирательство в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив имеющиеся в нем доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, проверив решение суда в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Отказывая в удовлетворении требования о взыскании денежной компенсации за задержку выплаты компенсации за неиспользование вещевого имущества, суд первой инстанции исходил из того, что ответственность работодателя, определенная частью 1 статьей 236 ТК РФ, наступает только в случае нарушения работодателем установленного срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику. По мнению суда первой инстанции, специальная норма, устанавливающая срок выплаты денежной компенсации вместо положенных по нормам снабжения предметов вещевого имущества личного пользования при увольнении сотрудника органов внутренних дел, в законодательстве отсутствует, по причине чего на УМВД России по Чукотскому автономному округу не может быть возложена предусмотренная статьей 236 ТК РФ ответственность за ее нарушение.

Судебная коллегия находит указанные выводы суда основанными на неправильном толковании и применении норм материального права, а довод апелляционной жалобы истца о том, что материальная ответственность органа внутренних дел как работодателя за задержку выплаты компенсации за неиспользование вещевого имущества действующим законодательством предусмотрена, – заслуживающим внимания.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, истец с 1 сентября 1996 года проходил службу в органах внутренних дел РФ, с 30 октября 2010 года служил на территории Чукотского автономного округа, последнее место службы – МО МВД России «Билибинский» – в должности дознавателя отделения дознания в звании майор полиции.

Приказом УМВД России по Чукотскому автономному округу от 5 июня 2017 года № 394л/с он уволен со службы в органах внутренних дел с 8 июня 2017 года по пункту 4 части 2 статьи 82 Федерального закона № 342-ФЗ по выслуге лет, дающей право на получение пенсии.

Денежная компенсация вместо положенных по нормам снабжения предметов вещевого имущества личного пользования в размере 31 180,30 рублей была начислена Р. А. 16 апреля 2018 года, а перечислена ему 18 апреля 2018 года, что подтверждается платежным поручением № <данные изъяты> и письменным уведомлением на имя истца от 25 апреля 2018 года за подписью начальника УМВД России по Чукотскому автономному округу.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 3 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 342-ФЗ) регулирование правоотношений, связанных со службой в органах внутренних дел, осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации; данным Федеральным законом, Федеральным законом от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», Федеральным законом от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и другими федеральными законами, регламентирующими правоотношения, связанные со службой в органах внутренних дел; нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а в случаях, не урегулированных указанными нормативными правовыми актами Российской Федерации, к правоотношениям, связанным со службой в органах внутренних дел, применяются нормы трудового законодательства.

Аналогичные положения содержатся в части 2 статьи 34 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» (далее – Федеральный закон № 3-ФЗ), предусматривающей распространение действия трудового законодательства Российской Федерации на сотрудников полиции в части, не урегулированной законодательством Российской Федерации, регламентирующим вопросы прохождения службы в органах внутренних дел.

Согласно пункту 5 статьи 25 Федерального закона № 3-ФЗ сотрудник полиции обеспечивается форменной одеждой за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета.

В силу части 3 статьи 69 Федерального закона № 342-ФЗ сотруднику органов внутренних дел, который в связи с характером служебной деятельности не пользуется форменной одеждой, выплачивается денежная компенсация в размере, устанавливаемом Правительством Российской Федерации, и в порядке, определяемом федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел.

В соответствии с пунктами 6 и 7.1 Порядка выплаты денежной компенсации вместо положенных по нормам снабжения предметов вещевого имущества личного пользования отдельным категориям сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации и возмещения увольняемыми сотрудниками стоимости выданных им предметов вещевого имущества личного пользования, утвержденного приказом МВД России от 10 января 2013 года № 8, денежная компенсация начисляется увольняемому со службы сотруднику по стоимости предметов вещевого имущества (пропорционально – с месяца возникновения права на получение данных предметов по месяц увольнения) и выплачивается за предметы вещевого имущества личного пользования, предусмотренные соответствующими нормами снабжения и не полученные сотрудниками ко дню увольнения.

Частью 8 статьи 89 Федерального закона № 342-ФЗ установлено, что увольняемому со службы в органах внутренних дел сотруднику уполномоченный руководитель или по его поручению иное должностное лицо обязаны выдать трудовую книжку и осуществить с ним окончательный расчет в последний день службы.

При этом в силу общих принципов права под окончательным расчетом понимается выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя на день увольнения.

Следовательно, в законодательстве имеется специальная норма, устанавливающая срок выплаты денежной компенсации вместо положенных по нормам снабжения предметов вещевого имущества личного пользования при увольнении сотрудника органов внутренних дел, а вывод суда первой инстанции об обратном является ошибочным, основанным на неправильном истолковании судом норм материального права.

Исходя из изложенного, коллегия приходит к выводу о том, что денежная компенсация за неиспользование предметов вещевого имущества должна была быть выплачена Р. А. в день увольнения.

Поскольку компенсация за неполученное вещевое имущество выплачена Р. А. с нарушением срока, установленного частью 8 статьи 89 Федерального закона № 342-ФЗ, а ответственность органа исполнительной власти в сфере внутренних дел за неосуществление с сотрудником органа внутренних дел окончательного расчета в день его увольнения специальными нормативными правовыми актами, регулирующими прохождение службы в органах внутренних дел, не предусмотрена, при разрешении данного спора в соответствии с частью 2 статьи 3 Федерального закона № 342-ФЗ и частью 2 статьи 34 Федерального закона № 3-ФЗ подлежит применению статья 236 Трудового кодекса РФ, которой установлена материальная ответственность работодателя за нарушение им установленного срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, в виде обязанности работодателя выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от невыплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно.

Неправильное применение судом первой инстанции норм материального права, заключающееся в неправильном истолковании закона, привело к неверному разрешению спора в части взыскания компенсации за несвоевременность выплаты компенсации за неиспользование вещевого имущества, в связи с чем решение суда первой инстанции в данной части в силу пункта 4 части 1, пунктов 1 и 3 части 2 статьи 330 ГПК РФ подлежит отмене.

Принимая во внимание, что все юридически значимые обстоятельства спора установлены на основании имеющихся в деле доказательств, с которыми стороны ознакомлены, судебная коллегия, отменяя решение суда первой инстанции в части, находит необходимым принять новое решение и удовлетворить исковые требования Р. А. о взыскании с УМВД России по Чукотскому автономному округу компенсации за несвоевременность выплаты компенсации за неиспользование вещевого имущества.

Определяя размер подлежащих взысканию в пользу истца процентов за период задержки выплаты ему компенсации за неиспользование вещевого имущества с 9 июня 2017 года, то есть со следующего дня после увольнения истца, по 18 апреля 2018 года, то есть по день фактического с ним расчета включительно, судебная коллегия, проверив представленный истцом расчет процентов и признав его правильным, полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию в размере 5 430 рублей 35 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328 – 330 ГПК РФ, судебная коллегия,

определила:

Решение Анадырского городского суда от 17 сентября 2018 года по настоящему делу в части отказа в удовлетворении исковых требований Р. А. к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Чукотскому автономному округу о взыскании компенсации за задержку выплаты компенсации за неиспользование вещевого имущества в сумме 5 430 рублей 35 копеек отменить.

Взыскать с Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Чукотскому автономному округу в пользу Р. А. компенсацию за задержку выплаты компенсации за неиспользование вещевого имущества в сумме 5 430 рублей 35 копеек.

В остальной части решение Анадырского городского суда оставить без изменения.

Апелляционную жалобу истца Р. А. удовлетворить.




Председательствующий
Н. Л. Калинина

Судьи
Ю. В. Максименко
А. С. Зиновьев